Мы перья белые свои почистим...

Легко ли быть ангелом,- спросила я своих друзей?
Вот, что я услышала в ответ.

Светлана:

-- Нет. Какой из меня ангел? Разве что падший, ха-ха-ха! Алкоголь не зло, но употребляю, курю, сексом занимаюсь, чертыхаюсь чаще, чем молюсь.

Марина:

-- А я и есть ангел. Только без крыльев. И в бигуди. Дома всегда всех встречу-привечу, подружек утешу, детей и мужа накормлю. Всех выслушаю и пойму. Люди ко мне тянутся, потому что я не желаю им зла.

Вот, что мне поведала Сима:

-- Друзья называют меня "Ангелом". Прозвище это пристало ко мне, во-первых, из-за того, что я не пью спиртного. Ни капли! Даже когда мне нужно расслабиться. Во-вторых, я не курю. Зачем портить легкие, свои и окружающих? А в-третьих, оставаясь такой белой и пушистой, я начисто отказалась от флиртов с постельными продолжениями. Скажу вам по секрету, бывают моменты, когда держать себя в "светлом теле" с нимбом над головой очень трудно. Бывает, хочется после тяжелого дня забыть про табу и вместе со всеми закурить сигарету. Смахнуть пепел, расслабиться за рюмкой водки. Напиться, расслабиться и забыться. Положив голову какому-нибудь смазливому незнакомцу на плечо, послать этот грязный мир на три буквы. Но... сдерживаю себя. Тяжелее всего крепко стягивать себя ремнями и давить на тормоза.

А как бы удивились мои сегодняшние подружки, узнав, каким я была подростком! Ведь я курила и даже выпивала. К тому же откуда ни возьмись у меня развилась болезнь -- клептомания. Я воровала все подряд, что лежало хорошо и что лежало плохо. В магазинах, у подружек, у дальних и близких родственников. С каждой своей "победой" я все старательней и старательней оттачивала умение воровать. Помню, умудрилась очень хитро обмотать себя под пальто веревкой, а потом под эту веревку засунуть пластинки и открытки. С невинными глазками я прошла мимо кассы книжного магазина, не расплатившись. Когда плодов воровства у меня стало предостаточно, я стала раздаривать их подружкам и друзьям во дворе. Я давно хотела влиться в их компанию, но та стая "молодых волчат" меня не принимала. Я не умела курить, тащить из дома деньги, пить. Теперь они меня боготворили. Конечно, так здорово: запросто попросить меня украсть что-то -- и вот... Симочка протягивает желаемую майку или кожаную сумочку. "На, бери! Это тебе". Какие богатые пирушки я им закатывала из украденных продуктов! Тогда в магазинах самообслуживания в нашем городке не было никаких видеокамер, чем напичканы сейчас нынешние супермаркеты. И за тем, как и кто расплачивался за продукты, следили кассиры. Но у них были свои проблемы -- рассчитать длиннющую очередь. Я всегда воровала, когда в магазинах было много народу. За одну банку сгущенки расплачивалась, а две прятала в рукава. Конфеты в кулечках прятала в сапогах (надевала бабушкины, здоровенные). Туда же спокойно могла уместиться бутылка сладкого вина или газировки. За вкусные обильные пиры, за подарки подростки постарше приняли меня в свою компанию, научили курить, выпивать. После этого я пробовала стащить более нужное для компании -- бутылку водки, пачку сигарет, закуску. Друзья подсказали: чтобы легче было проносить, надо в кармане, в подкладе пальто, сделать дырку. Раз... баночка была в руках. А теперь висит сбоку пальто. И никто не видит.

Этот нехитрый "механизм" меня и подвел. Я была поймана за банку сайры в магазине. Начался ад. Настоящий ад для меня и для моих родителей. Схватив меня за руку (оказывается, давно вели за мной наблюдение продавщицы магазина), тут же вызвали директора школы, моих родителей. К тому же я была чуть подвыпившая и с пачкой сигарет в кармане. Я ощутила нечто подобное тому, что ощущают грешники, когда жарятся на сковородках. И я сказала себе: сделай так, чтобы твоим родителям никогда не было стыдно за тебя. Никогда. Наверно, это глупо звучит, но я поняла, что не следует делать то, за что потом будет стыдно. И, если честно, тому случаю я благодарна. Кто знает, в какую степь увела бы меня та дороженька?

Интересные истории, а? Симочка-ангел, ты наш любезный, нетленный, пушистый...Покувыркалась ты на облаках, однако.

Что я думаю о ангелах? Многих я знаю лично, про других слышала или видела.
Да я их каждый день вижу, если хотите знать!

Возвращаюсь вечером с работы. Уставшая, забираюсь на самое дальнее сидение автобуса и сижу в уголке, наблюдая за пассажирами. Можно расслабиться, можно заснуть. Сосед читает газету, дама с интересом вглядывается в окна домов, а я... А я... любуюсь ангелами. Обычными ангелами среди обычных пассажиров автобуса номер 4. Я просто наблюдаю за ними, за будничными женщинами, у которых за плечами шелестят крылья. В этом мире столько непонятного, тонкого, прозрачного. Столько того, что мы не видим, даже не хотим разглядеть и услышать. Жаль, что мало кто замечает крылья за плечами. Да и сами женщины нечасто о них вспоминают. Ну, есть и есть. Как руки, как ноги. И что такого?

Вот она зашла в автобус. Поправила на себе одежду, пристроила к сидению сумку, сомкнула крылья за спиной, чтобы никого не задеть. Мужчина, плотный и толстый, с потным бордовым лицом, грубо оттолкнул ее. Если бы вовремя не схватилась за поручень -- упала бы.

-- Эй ты! Посторонись! Дай пройти.

Женщина вздохнула, пожала плечами и еще сильнее сомкнула крылья.

-- Вы выходите?

Мужчина ничего не ответил, а просто грубо вытолкнул женщину вперед.

Двери открылись, и женщина вышла, с трудом выдергивая из сплоченной автобусной толпы сумку.

Отряхивая затоптанные крылья, внимательно посмотрела вслед уходящему автобусу. Снова вздохнула. Повернула голову и увидела свое отражение в ярко-голубой витрине: хрупкую уставшую фигурку. Опущенные, совершенно ненужные крылья. Глаза, в которых и страх, и печаль, и одиночество. Она подобрала с асфальта два белых перышка вместе с выпавшими апельсинами и отвернулась от витрины...

-- Расправить и мне что-ли крылья сегодня? Обленилась... Обленилась. Перестала летать. А когда-то могла свободно парить, -- я вздохнула, -- Надо в эти выходные поехать в лес. Или полетать над городом, вспоминая что-нибудь приятное. Например, детство. Что может быть приятнее воспоминаний детства?

-Ты хорошая девочка? Ты слушаешься маму, папу, учительницу? Ты знаешь, что хорошая девочка не приносит двоек, не курит, не пьет, не ворует, не целуется с мальчиками? Хорошая девочка играет на фортепиано, поступает с первого раза в институт, выходит замуж за обеспеченного мужчину (не алкоголика какого-нибудь), пользуется авторитетом в коллективе, красиво одевается и имеет хороших детей, которые учатся в Гарварде или Оксварде, слушаются родителей и учителей, не пьют, не курят, не колются, ну и так далее...

Но иногда девочки бывают очень плохими. Их никто не любит. И если ты не будешь отличницей, станешь пропускать уроки, в шестнадцать лет забеременеешь и пойдешь потом торговать на базаре, тебя не будет любить мама, тобой не будет гордиться школа, и хорошие мальчики не будут с тобой дружить. Но разве все зависит от девочки, даже если она очень хочет быть хорошей?

Как ненавидит муж жену, когда та выливает в унитаз водку и выгоняет его дружков. В молодости ведь не была такой грубой, значит, притворялась, скрывала свое истинное лицо. Но эта ненавистная жена в конце концов добьется, что он перестанет пить, вернется на работу и станет уважаемым человеком. И потом, через много лет, бросая горсть земли на крышку ее гроба, супруг простит ей прегрешения и будет клясть себя за то, что было время, когда он хотел убить ее. Так в детстве мы упрямо стоим в углу и мысленно клянемся: вырастем -- и отомстим родителям за то, что они нас наказали за двойку и не пустили гулять. Через много лет, видя, как стареют, слабеют и уходят от нас навсегда мама и папа, мы верим, что им уготовано царствие небесное только за то, что они нас, неразумных, любили, прощали за глупые поступки и слова и не дали пропасть в этом мире. Понимание того, что наши ангелы-хранители имеют вполне земной облик, приходит слишком поздно. Для нас и собственная душа -- потемки, что уж мы про других...

Я точно знаю, что даже самые одиозные в глазах общества люди вовсе не исчадия ада. Вон с шести утра стоит у станции переливания крови мужик с наколками на всех пальцах. Он увидел по телевизору объявление, что ребенку в ожоговом центре нужна кровь его группы. И не надо сейчас бросать на другую чашу весов его в общем-то неправедную жизнь.

Вон скандальная женщина с репутацией шлюхи десятый год кормит чужую бабушку, от которой отказались родные дети. И бабушка говорит: храни тебя Бог, ты -- мой ангел-хранитель. Безымянные благодетели привезли в приют для бездомных теплые вещи. Они не назвали своего имени. Водитель автобуса, обнаружив мою сумку со всеми документами, нашел время сообщить мне о потере очень быстро и весьма замысловатым способом. Он связался через банк, имя которого он нашел на моей кредитной карточке, с моим президентом, который мне и сообщил, что я растяпа.
-- Оля! Ваши деньги найдены!

-- Деньги? А я их разве теряла?

--Теряли, теряли....

Приятно, что есть люди которые помогают нам не только терять, но и находить. А, может, это были те самые, презираемые вами личности, о которых вы точно знаете, что у них снега зимой не допросишься? Вот пишу это и думаю, может и меня сегодня ангелом назовут. Я сегодня, не вдаваясь в подробности, сунула в стиральную машину обувь моих гостей. А чего мелочиться? Вот идут они сейчас в мокрых, но чистых ботинках домой и думают обо мне хорошее...